Скрыть фильтры

О проекте Поддержать
Показать фильтры
Афиша первой постановки бродвейского мюзикла Hair

Афиша первой постановки бродвейского мюзикла Hair

Воспоминания
Я жил в коммунальной квартире. В коммунальной квартире было там 30 с лишним человек, был один телефон в коридоре, было два служащих органам госбезопасности, и не два, а уже гораздо больше сексотов. И поэтому впрямую говорить о том, о чем нужно и хотелось бы по телефону было нельзя. И когда мой отец, который слушал немецкую волну, хотел мне сообщить, чтобы я послушал там предстоящую передачу, то он выбирал такую формулу — а был такой плавленый сырок, «Волна», — и он говорил: «Вот ты знаешь, я тебе рекомендую сегодня на ужин, ты ведь будешь ужинать в 8 часов, да? Вот на ужин я тебе рекомендую съесть сырок «Волна».

Андрей Хржановский

художник-мультипликатор, сценарист

Воспоминания

К нам в школу приходил какой-то военный, чтобы провести урок мужества. Он рассказывал, как граждане Чехословакии выходили навстречу танкам с цветами и были рады. Чему они были рады, я так и не запомнила, но отчетливо помню, как мы сидели и хихикали.

Марина Бородицкая

поэт, переводчик

Воспоминания

Никакой голос против не проникал во внешний мир. В эти дни выступление П. Литвинова, Л. Богораз и их товарищей было действительно чудом, тем поступком, который восстанавливает честь целой страны. Они простояли на Лобном месте только минуту. Потом на них набросились гебисты-дружинники, стали бить, вырывать и рвать плакат «Руки прочь от Чехословакии!». Всех семерых арестовали. Но дело было сделано. Машины, в которых везли Дубчека, Смрковского и других насильно привезенных в Москву чешских руководителей, промчались по площади через минуту после расправы.

Андрей Сахаров

физик, один из создателей советской водородной бомбы, академик, правозащитник

Воспоминания
Мое осуждение было слишком радикальным, я не могла простить советскому народу, что он поддерживает с энтузиазмом введение войск. Важно отметить, что в моем диссидентском окружении была утопия, что вся система держится на незнании народа, и если ему сказать правду, то люди прозреют и от тоталитаризма не останется и следа. Был даже слоган, мем, как сейчас говорят: «Когда народ прочитает Солженицына, это будет другой народ»

Лариса Бельцер-Лисюткина

социолог, профессор

Воспоминания
Было лето, а осенью, когда я пришла на работу, вдруг случилось собрание коммунистов и беспартийных с предложением одобрить ввод войск. Я не одобрила — и после этого из университета ушла. Маме о том, что голосовала против, я не сказала: она об этом плохо думала. Она была очень больна, у меня был маленький сын, и она была уверена, что Марину арестуют, она умрет, а ребенка — в детский дом, поэтому я ей такие вещи не говорила. Я стала работать в детском саду — хорошо, что вообще была работа

Марина Меликян

филолог

Воспоминания
История в Академгородке научила меня многому. Прежде всего, тому, что у начальства никогда нельзя просить разрешения — запретит просто от неожиданности. Надо ставить начальство перед фактом — оно гораздо охотней разрешает то, что уже есть...

Леонид Жуховицкий

писатель, публицист

Высказывания

Да вот тебе медовая брага,
Ягодка-злодейка-отрава.
Вот тебе, приятель, и Прага.
Вот тебе, дружок, и Варшава.

Александр Башлачев

поэт

Высказывания

Карикатура на чешском о советском информагентстве ТАСС

СМИ
Заметка в New York Times от 15 декабря 1968 г.
Заметка в New York Times от 15 декабря 1968 г.